Змей

Посмотрел змей на царское войско — и что ему? В одну сторону дохнул, в другую дохнул и одним только духом своим всех перебил, да и царя самого с землею смешал.

—          Отныне буду я всем этим царством править,- сказал он,

повесил свой меч на гвоздь, возложил на себя корону и воцарился на царство.

А младенец все рос да рос. Не по дням, а по часам. За трое суток вырос он, сколько другой бы за тридцать лет. Когда он вдыхал в себя воздух, опускался туман на землю, а когда выдыхал, на дворе светало.

Увидел змей, как пошел парень в рост,- одолели его заботы.

Пришел он в страну змеев к Бабе Хадыре и говорит:

—          В ту же дверь, в какую вошел я в царский дворец, мне и выйти придется.

—          Почему, змеище?

—          Удаль парня этого не к добру. Когда ему семь годочков исполнится, семь царей с ним не сладят.

—          Коли так он тебе страшен, поубавь ему силы.

Воротился змей в полночь домой, снял с гвоздя меч и как взмахнет им, думал, что надвое разрубил паренька. А на самом-то деле отрубил ему только ноги. Взял его вместе с пеленками и спеленатым выбросил за ограду дворца. Три дня и три ночи мальчик спал богатырским сном, на четвертый день проснулся в овраге, далеко-далеко от дворца. Вот пополз он в долину, дополз до реки. Стал пить воду, и пеленки на нем лопнули.

Драконы

Дальше побрел Ион Богатырь и забрел в густой лес,- конца-краю ему не видать. Остановился он у огромного дерева такой толщины, что и за два часа не обойти его. Отдышался там день-другой, осмотрелся, потом смастерил лук со стрелами, стал стрелять зайцев, коз, птиц, лесных. Мясо съедал, а из кожи одежду себе делал.

Так он прожил лет двенадцать, а может и более.

Как-то выстрелил он из лука, но выстрел не принес ему добычи. «Начал за здравие, а кончил за упокой. В чем дело?» — думает он. Снова стреляет — опять все то же.

Вскидывает Ион Богатырь лук, натягивает тетиву.

—          Кто бы ни встал на твоем пути, — говорит он стреле, — волк или медведь, пес или птица, пронзи их и неси сюда.

И пускает стрелу. Летит она через весь лес и прилетает к старому-престарому дубу. А к тому дубу добрый молодец был за руки цепью прикован — каждая звень цепи в двадцать пять пудов весу.


Комментарии к данной записи закрыты.