Тяжба

Дед тянет за хвостЖил на свете один бедняк, безлошадный и безлемешный. Не было у него даже сохи, чтобы вспахать весной жалкую полосу земли.

Пошел он к попу занять плуг и лошадь.

Поп был человек злой и жадный, но, так и быть, одолжил бедняку соху и кобылу с жеребенком.

Пахал бедняк далеко за полдень, к вечеру прилег на межу отдохнуть. А кобыла ушла в рощу попастись да так и сгинула. Проснулся бедняк — и следа нет.

—          Эх ты, ворона! — говорит он себе.- Проспал лошадку!

Жеребенок вот он, а кобылы нет.

Только подкову нашел на опушке. Понял бедняк, что здесь волки в гостях побывали. Ну, делать нечего, взвалил соху на плечи, взял жеребенка в повод и пошел домой.

Наутро приходит к попу, а поп только за молитву принялся.

—          Господи помилуй, где моя кобыла?

—          Так и так, батюшка, сожрали ее волки. Батюшка разгневался.

—          Ничего не хочу знать! Подай мне кобылу! Ты думаешь, она мне с неба свалилась? Тоже ведь деньги плачены.

—          Не виноват я,- говорит бедняк.

А поп его за ворот:

—          Пойдешь со мной в суд.

И, чтобы не сбежал покуда, запер его на звоннице. Думает бедняк:

—          Денег у меня, что вымя у коня, в одном кармане вошь на аркане, в другом блоха на цепи. Чем с попом тягаться, спрыгну-ка я вниз. Утеку ли, разобьюсь ли — мне теперь все

едино.

Смотрит, кругом никого, только ветер гудит в колоколах. Сиганул вниз, а там, на беду, пономарь стоял. Сломал ему бедняк шею.

Запричитал пономарь, схватил бедняка за полу и тоже судом грозится.

Отслужил поп обедню, сели они в двуколку, поехали тягаться. Едут, едут, добрались до болота. А там тропинка такая узкая, что двум комарам не разлететься. Глядь — навстречу боярин в карете. Съехались и стали дышлом в дышло. Боярину дорогу уступить зазорно, а попу — тем более. К тому ж у него в двуколке пономарь скосоротился. Все-таки боярин подал вправо, а конь возьми и увязни в трясине.

Кому, скажите, вытаскивать? Боярин есть боярин, поп есть священнослужитель, а пономарь только бровями водит под лавкой. Взялся бедняк за дело. Тянет, потянет, насилу вытянул. Только хвост в руках остался.

Поглядел боярин на бесхвостого коня, руками всплеснул, зубами заскрипел:

—          Ну, голота, ты мне заплатишь. Едем в суд.

Шутки плохи. Развернули карету, поплелись все вместе. И все-то боярин шумит и бедняка точит, зачем, дескать, хвост у коня оторвал.

Явились в суд, принесли челобитную. Бедняк со страху подобрал здоровенный камень, сунул под полу и думает: засудит меня судья, дам-де ему этим камнем по башке, а там будь что будет.

Взошли в палату. Камень оттопыривает полу, и он его рукой придерживает, чтобы не выпал. А судья подумал, что это мошна с деньгами, и моргает бедняку, не бойся, мол, я тебя избавлю от наказания.

Первым поп пошел. Судья спрашивает:
— Как было дело?
Поп говорит: дал я ему кобылу с жеребенком для пахоты, а он бог знает что там с ней делал, только вот нет кобылы, один жеребенок остался.
— И теперь,- говорит,- пусть он вернет мне лошадку или заплатит сполна.
Судья к бедняку. А тот:
— Все правда, твоя светлость. Дал мне поп кобылку, отпустил я ее попастись, сожрали ее волки, но я тому не причинен и прошу мне присудить прощение и от платы освобождение.
А сам по камню ладонью хлопает. Судья обрадовался и говорит:
— Суд постановляет, что должно истцу отдать жеребенка на воспитание ответчику, пока не вырастет до полной силы, а тогда истец может получить его обратно взамен заеденной кобылы.
Задумался поп, не лучше ли оставить жеребенка при себе. Ведь покуда он подрастет, сколько с него доходу взять можно. Увел бедняка на улицу, дал ему денег, чтобы откупиться, и на том помирился с ним.
Вызвал судья пономаря:
— Ты с чем пришел?
— Беда стряслась, ваша мудрость. Этот вот человек прыгнул со звонницы и сломал мне шею. Так и так.
Судья снова к бедняку:
— Что ж ты так неосторожно?
Бедняк говорит:
— Батюшка запер меня, а сам убежал богу молиться. Я и подумал: спрыгну-ка я вниз. Утеку ли, разобьюсь ли — все едино. А тут и случись пономарь. У меня и в мыслях не было его калечить, и я от всей души прошу прощения.
Судья говорит пономарю:
— Знаешь что, теперь ты лезь на колокольню и сигай оттуда, а ответчика мы поставим так, что ты вполне можешь сломать ему шею.
Завздыхал скрюченный пономарь: как же ему прыгать, когда он и так на всю жизнь изувеченный. Дал бедняку отступного и на том помирился.
Пришла очередь боярина.
— Ваше степенство, ехал я по дороге, никого не трогал. Столкнулись мы с батюшкой, я повел вправо, а конь возьми и завязни. Этот человек взялся его вытащить целиком, а сам
хвост оборвал.
Судья спрашивает бедняка:
— Как же это у тебя вышло?
Бедняк отвечает:
— Скотина погибала, а вытаскивать никто не хотел. Боярин и пальцем не шевельнул: как же, ведь он боярин. Поп и не поглядел: священнослужителю неприлично работать. А со сломанной шеи пономаря, сами видели, проку мало. Коня-то я спас, да вот хвост оборвался. Просим покорно прощения. И опять камень под полой поглаживает. Судья приговорил:
— В законе сказано, чтобы истец отдал коня ответчику, покуда оный ответчик не отрастит ему хвост.
Боярин вскинулся:
— Нет уж! Пусть конь остается у меня, а хвост как-нибудь сам вырастет.
Судья говорит:
— Закон менять нельзя. Миритесь, как хотите.
Боярин вывел бедняка на двор и тоже дал ему денег, лишь бы коня при себе оставить.
Когда все разошлись, судья позвал бедняка за расчетом. — Показывай, что там у тебя под полой. Видишь, как я тебя выгородил.
А бедняк вытащил камень и говорит:
— Вот ивсе мои денежки. Кабы ты не судил по правде,
зашиб бы я тебя этим камнем, и вся недолга.
Так и осталась правда за бедняком, а об этом суде с тех пор рассказывают сказки.


Комментарии к данной записи закрыты.