Чем ближе подходил Алиман к огню, тем яснее становилось, что это не какой-нибудь огонечек, а настоящий пожар, словно горело девять возов дров. У огня сидел великан и грелся.
Пришел в себя Алиман на пороге роскошного дворца, а дворец этот был Красна-Царя. Что ему оставалось делать? Вошел во дворец с поклонами и приветствиями, пожелал царю доли лет. И до чего же обрадовался царь и духом воспрянул! Велел звать музыкантов, пригласил к себе королей и вельмож, и людей без числа, ибо царство у него было такое обширное, что ни коне не объездить, ни умом не объять. Читать полностью »
Поехал Алиман в обратный путь. Мало ли, много ли еде города и царства минует, по Синим Горам идет, переходит реки вброд и выходит наконец к золотому мосту. Читать полностью »
Говорят люди: и у небылиц есть имя, ежели породниться с ними. Вернувшись домой, начали братья хвалиться да плести царю небылицу о том, как они побывали у Красна-Царя. Читать полностью »
Жила-была некогда женщина, и был у нее сын. Пошла как-то весной женщина с мальчиком в Красный лес за сморчками и груздями,- а их в ту весну много уродило,- обрадовалась, зашла далеко в лес — и потеряла сына.
Заблудился мальчик и стал плакать. Плачет день, другой и встречает однажды деда:
— Чего плачешь, паренек?
— Так, мол, и так, дедушка,- и рассказала ему, что случилось.
— Как звать тебя?
— Петрей зовут. Читать полностью »
Отправился Петря пасти коз по всем полям, по всем лугам и подошел к серебряному пастбищу,- в высокой траве ландыши сверкают, и никто траву не косит, никто не собирает. Только ступил Петря на это пастбище, как видит: несется ему навстречу медведь-морда перекошена от ярости.
Это и была граница владений Лесной Ведьмы. Вспомнил Петря слова старика и подошел поближе.
Отправился Петря в путь-дорогу и прошел много царств-государств,- не хватило бы нам слов рассказать обо всем, что он увидел. Однажды встретилась ему поваленная скала по дороге, а под скалой томилась змея — мучилась и стонала так, что можно было заплакать от жалости. Читать полностью »
Пошел Петря, принес ключ, открыл темницу и крикнул:
— Сугур-Мугур, ты живой? Я пришел за тобой!
А тот отвечает из подземелья:
— Жив я еще, Петря, да только в чем душа держится — не знаю, опоздай ты на день-другой, не нашел бы меня в живых.
— Выходи, Сугур-Мугур.
— Теперь, Петря, пойди-ка к Рэдоицэ-цыгану, что здорово стучит молотком, и вели ему подковать лошадок — так, чтобы каждая подкова весила по двадцать пять пудов. А пока обернешься, я посплю немного.
Отправился Петря с лошадьми к кузнецу, а Сугур-Мугур лег на землю, укрылся небом и заснул богатырским сном.
Снова послал его Сугур-Мугур — к кузнецу подковать лошадей и велел ему сделать подковы из алмаза, и чтобы каждая подкова весила опять же по двадцать пять пудов.
Петря взял коней, пошел в лес, нашел кузницу, ударили они по рукам с кузнецом, и заплатил ему Петря, сколько он хотел, а когда узнал кузнец, какие он хочет подковы,- подивился:
— Эге-ге-ге, одному только Сугуру-Мугуру подковывал я коней подковами по двадцать пять пудов, но давно уже заточил его Черный Царь в подземную темницу,- не знаю, жив ли храбрец, нет ли.
— Жив он, дедушка, жив.
Как услышал это кузнец, взял в руки молот, стал стучать по наковальне, и пришло кузнецов много, как листьев на дереве, и были они быстры, как слово. Взялись они все разом и вмиг подковали лошадей — так, как он и велел.
Проснулась Иляна-Косынзяна и снова подняла стражу на ноги.
— Все на помощь! Кольцо мое обменяли.
Стражи побежали в разные стороны, обыскали все углы и закоулки, где только можно было спрятаться,- напрасно. Читать полностью »
Вечером остановились они на отдых под деревом. Молодые легли и заснули, а старик, как всегда, сторожил их. Среди ночи слышит он вдруг над собой голоса трех птиц: сидя на дереве, разговаривали птицы человеческими голосами. Одна сказала:
Дети светлые земли, Спите сладко до зари, Чтоб счастливыми проснуться, В пути с бедою разминуться.
Письмо шло, куда было послано, а попало к Лесной Ведьме. Лишь только прочла она его и узнала, что они живы и возвращаются, чтобы сыграть свадьбу, созвала ведьма страшилищ лесных, нарядила их, нарумянила, дала цветов для жениха и невесты, а в цветах спрятала волчьи клыки и медвежьи зубы: прицепят молодые к груди цветы — сразу и умрут.
В полночь началась буря огненная, что и представить себе трудно: то ли небо воет, то ли земля клокочет. Это шла Лесная Ведьма с двенадцатью змеями-драконами — изо рта пламя выпускала, хвостом змеев подгоняла. Читать полностью »
Все собрались, и Сугур-Мугур начал рассказывать с самого начала,- как они шли со Стеклянной горы, остановились на ночлег под деревом, а когда Петря с Иляной-Косынзяной спали, он услышал голоса трех птиц, и одна сказала, что этим молодым и красивым нет равных на земле, другая сказала, что Лесная Ведьма шлет им свата с отравленным вином, а третья птица проговорила: «Кто услышит все это и расскажет — станет каменной глыбой ниже колен».
И только произнес это Сугур-Мугур, как ноги его окаменели до колен. Через несколько дней, продолжал он свой рассказ, снова услышал он разговор трех птиц на дереве. Читать полностью »
Давным-давно, еще в те времена, когда блох подковывали девяносто девятью оками железа, а они так прыгали, что спиной доставали небо, жили-были дед и баба, а детей у них не было.
Говорит как-то дед:
— Слушай, баба, достань сито, возьми корыто и сготовь мне на дорогу подовых лепешек — пойду я куда глаза глядят ребенка искать.
Услыхав такое, взбесился царь, взбеленился, велел слугам своим — палачам и тюремщикам — выгнать его плетьми и собак на него напустить вдогонку, чтоб в куски его растерзали. Прогнали его палачи ударами плетки, спустили собак с цепи, и те так его искусали, что домой добрался дед ни жив ни мертв. Увидел его змей на пороге, растерзанного и униженного до крайности, потянулся из своего чердака, проглотил деда и тут же выдал его обратно целым-целехоньким, в новом нарядном платье.
Вышел змей из хаты, богатырским посвистом свистнул, и откуда ни возьмись посыпалось змеев, драконов видимо-невидимо.
— Что прикажешь, хозяин?
— Чтобы к завтрашнему утру было море под царскими окнами во дворце, чтобы позади дворца, сколько хватит глаз, виноград вырос, и до рассвета уродило винограду вдоволь, и гроздья чтоб были спелыми, и одна ягода говорила с другой, чтобы когда царь и царица встанут, могли они умыться морской водой и поесть винограду.
Справили свадьбу весело, празднично, от всего сердца. После свадьбы забрали невесту и вернулись домой. Вошла царская дочка в дом, и не было конца ее удивлению. Читать полностью »
Вышел удалец поспешно, захлопнул за собой дверь — и только его и видели. Вслед за ним поднялось густое облако, которое заволокло небо и окутало землю.
Вошла царевна, передохнула. Дала ей Святая Пятница кувшин воды освежиться и просфору утолить голод. И кувшин и просфора были волшебные — чем больше из кувшина пили, тем больше он полнился, а от просфоры исцелялись. Читать полностью »
Было это, когда было, ибо если б не было, то и сказка бы не сказалась.
Жили-были царь с царицей, и детей у них не было.
Но вот однажды вырос перед царским дворцом стебелек виноградный с золотыми листьями, и тогда понесла царица дитя. В первое лето выросло на виноградном кусте три грозди, но как раз когда налились виноградины и созрели, налетел змей из чужих пустынных земель, где ни трава не растет, ни вода не течет, и сожрал виноградные гроздья до одной. Читать полностью »
Вот однажды приходит какой-то старик ко двору и такие слова говорит царице:
— Обещай младенцу, что, ежели будет он мальчиком, наречешь его Ионом Богатырем.
Поверила царица деду и его словам, обещала ребенку, и стал он меньше плакать.
Обрадовалась царица, велела старика дорогими подарками одарить. Читать полностью »
Посмотрел змей на царское войско — и что ему? В одну сторону дохнул, в другую дохнул и одним только духом своим всех перебил, да и царя самого с землею смешал.
— Отныне буду я всем этим царством править,- сказал он,
повесил свой меч на гвоздь, возложил на себя корону и воцарился на царство.